smirennyj_otrok: (жаба)
[personal profile] smirennyj_otrok
.
Продолжение ответов Рэймонда Брауна на вопросы о том, какое отношение традиционные христианские церкви имеют к Новому Завету. Заключительные параграфы своей книжки Браун посвящает папству. Читатели, сведущие в современном католическом богословии, вряд ли найдут там что-то новое: интерпретации Брауна основаны на популярных концепциях «петрова служения» и «петровской траектории». Более подробно об этом можно узнать из сборника «Петрово служение. Диалог католиков и православных», который есть в русском переводе.
.

.
97. Вы не сказали ничего конкретного о роли Петра в управлении Церковью. Ранние христиане признавали его главой Церкви?

Перед тем, как ответить на этот вопрос, напомнию, что выражение «глава Церкви» надо использовать с осторожностью. В Новом Завете, особенно в посланиях Колоссянам и Эфесянам, так назван только Христос. Церковь — тело, Христос — его голова. При всем уважении, которое мы испытываем к папе как преемнику Петра в соответствии с католическим учением, нельзя упускать из виду, что папское руководство не подменяет признание единственным главой Церкви одного только Христа. С этим утверждением согласны все христиане. Христос управляет Церковью в том числе через папу, так что папа вовсе не соперник Христа.

Я бы выделил в вашем вопросе две темы. Вопрос относится, во-первых, к тому, кем Петр был при жизни, во-вторых, к значению символических высказываний об этом человеке. Во всех четырех Евангелиях Петр предстает как важнейший ученик Иисуса: он не только упоминается чаще всех остальных, но и говорит чаще других. Как правило, в Евангелиях Петр высказывается от имени Двенадцати и прочих непосредственных последователей Иисуса. Нам сейчас хорошо известно, что в Евангелиях не только есть основа, которая восходит ко времени жизни Иисуса, но и отражено развитие этой основы в последующей христианской проповеди. Достоверны ли сведения об участии Петра в историческом служении Иисуса, или это упрощенная версия событий, сложившаяся в более позднее время, — не столь существенно, потому что в любом случае это свидетельствует о значимости Петра при его жизни: ведь евангельские предания развивались в период между распятием Иисуса в начале 30-х годов и смертью Петра в середине 60-х.

Выдающаяся роль Петра после Воскресения отразилась в Деяниях; даже если мы примем современную датировку Деяний 80-ми годами, из них можно сделать вывод, что в то время Петра помнили как самого деятельного из Двенадцати не только в Иерусалиме, но и в других местах в ранние годы христианского движения. Это косвенно подтверждается посланиями Павла. В Послании к Галатам, которым Павел проповедовал, он предполагал, что они знают, кто такой Кифа (Петр), когда упоминал о его прошлой деятельности в Иерусалиме и Антиохии. Точно так же в Первом Послании Коринфянам, говоря о полномочиях апостолов, он упомянул Кифу и его жену (1 Кор 9.3). Можно уверенно предположить, что в 60-х годах имя Петра было известно во всех христианских общинах и что его считали значительной фигурой (насколько значительной — зависело от того, посещал он данный регион или нет). Есть все основания думать, что Петра признавали самым важным лицом из Двенадцати, тем более что он участвовал в принятии серьезнейших решений о расширении сферы евангельской проповеди.

Переходя к высказываниям о Петре, символическое толкование которых могло сложиться еще при его жизни (хотя достоверно оно было зафиксировано уже после его смерти), можно заключить, что фигура Петра во многих общинах служила олицетворением пастырского руководства. Мне хотелось бы подчеркнуть, что Евангелия от Матфея, Луки и Иоанна почти наверняка были написаны после смерти Петра, а значит, из них можно почерпнуть данные о том, как его воспринимали в последней трети I века. Мф 16.16–18 — знаменитый пассаж, в котором Иисус говорит: «Благословен ты, Симон Бар-Иона! Не плоть и не кровь открыли это тебе, но мой Отец, который на небесах. И я скажу тебе, ты — Петр, и на этой скале я построю мою церковь, и врата ада не одолеют ее». Здесь Петр представлен как получатель божественного откровения, благодаря которому он провозглашает Иисуса Христом, Сыном живого Бога. Из-за этого откровения и заявления Петра он назван скалой, на которой будет возведена церковь. Таким образом, Петра определенно запомнили как великого проповедника, выразившего правильное понимание сущности Иисуса, то есть благовестие — Евангелие. Благодаря своей проповеди и вере Петр стал основанием той церкви, которую знал Матфей.

В Лк 22.31–34 Иисус на Тайной Вечере, зная о своей неизбежной смерти, объявляет, что Петр отречется от него еще до пения петуха. Но сначала Иисус произносит для Петра особую молитву: «Симон, Симон, смотри, Сатана просил рассеять вас (множественное число) словно пшеницу, но я помолился за тебя (единственное число), чтобы твоя вера не ослабла. Когда ты вернешься, укрепи своих братьев». Для христиан последней трети I века эти слова означали, что Иисус считал Петра человеком, способным укрепить веру других последователей. Молитва Иисуса помогла Петру удержаться во время кризиса, вызванного распятием и воскресением, и затем сыграть ключевую роль в становлении и развитии церкви.

В Ин 21.17–19 сообщается, что воскресший Иисус заговорил с Симоном Петром, чтобы испытать его любовь, после чего поручил ему пасти своих овец. Это очень важный пассаж, потому что он содержится в том самом Евангелии, которое только Иисуса признает Добрым Пастырем. Автор как будто делает некую уступку, когда признает, что Петр благодаря своей любви к Иисусу стал пастырем стада, хозяином которого был Иисус. Все три евангельских пассажа, адресованные разным христианским общинам, подтверждают значение Петра как воплощения веры, исповедания, пастырской заботы и постоянной поддержки для церкви.

98. Но разве Павел не противостоял Петру? Неужели он признавал главенство Петра?

Говоря о Петре, я не утверждал, что он был единственным руководителем церкви. Я неслучайно написал, что при жизни Петра все признавали его самой важной персоной среди Двенадцати, а после смерти его образ, получивший огромное символическое значение, выражал идеи основания церкви и ее пастырской заботы. Однако в других сферах церковной деятельности роль Петра была не столь существенной. Например, в Новом Завете нет прямых свидетельств о нем как об администраторе конкретной церкви в Иерусалиме, в Антиохии или в Риме, — впоследствии такие администраторы стали именоваться епископами. Полномочиями руководителей в церкви обладали и другие люди, не только Петр. К примеру, если посмотреть на положение иерусалимской церкви около 49 года, когда состоялся так называемый иерусалимский собор, нужно признать, что вопрос об обращении язычников без предварительного принятия иудаизма (то есть без обрезания) обсуждали авторитетные деятели, обладавшие разными функциями. Авторитет Петра происходил из его положения самого важного человека среди Двенадцати; Иаков как родственник Иисуса возглавлял иерусалимскую общину; Павел был великим проповедником, именно его апостольское служение привело к возникновению самой проблемы, связанной с обращением язычников. Каждый из них имел право высказать свое мнение, и они могли по-разному подходить к решению вопроса. К счастью, они согласились на том, что мы назвали бы золотой серединой: язычников можно было принимать без обрезания.

Вы спрашиваете о противоречиях между Павлом и Петром. Действительно, мы знаем о двух таких случаях. Что касается столкновения в Иерусалиме, о котором я только что говорил, Павел приехал туда, убежденный, что он проповедовал единственное истинное евангелие благодати Иисуса Христа ради обращения всех людей. Как явствует из его слов, Павел не собирался менять свое благовестие, что бы ни говорили Петр, Иаков или кто бы то ни был, даже ангел. Однако Павлу пришлось иметь дело с Петром, Иаковом и руководством иерусалимской церкви. Он пренебрежительно отзывается о них как о «столпах церкви»  (Гал 2.9), но даже в этих словах отразилось значение Петра. Видимо, были люди, считавшие Петра «столпом церкви»; даже если Павел не разделял это мнение, ему все же пришлось отправиться в Иерусалим и вести переговоры с Петром, потому что иерусалимские руководители были важны. Они могли разорвать кинонию — общение с Павлом, и для него это означало уничтожить плоды своих трудов, положив начало разделению среди последователей Христа. К счастью, как я уже сказал, в Иерусалиме удалось сохранить кинонию (Гал 2.9).

Павел снова столкнулся с Петром в Антиохии, когда возник спор по другому поводу (Гал 2.11–14). Следовало ли обращенным из язычников, не подвергшимся обрезанию, соблюдать те или иные иудейские предписания относительно пищи? По сути, именно такой вопрос и встал, когда Петр разделил трапезу с необрезанными, а потом изменил свою позицию под влиянием сторонников Иакова. Павел решил, что Петр капитулировал перед приверженцами запрета вкушать пищу вместе с христианами из язычников, и тем самым предал благовестие. В ссоре между двумя, а может, и тремя христианскими лидерами выплеснулось немало негодования. Моя точка зрения такова: Павел требовал, чтобы христиане из язычников не были связаны пищевыми запретами; сторонники Иакова настаивали на обратном; Петр оставался посередине и не имел четкой позиции, но предпочел встать на сторону людей Иакова, чтобы не провоцировать разделения.

Думаю, очевидно, что Павел не был обязан полностью разделять позицию Петра, тогда как Петр, в свою очередь, не должен был во всем следовать за Павлом. Мне кажется, в современном христианстве существенно, что у теологов и даже церковных лидеров есть пространство для совершенно справедливых дискуссий. Однако в столкновении Петра и Павла важнее всего другое: когда речь шла о принципиально важных основах веры в Христа, в 1 Кор 15 — пассаж, где Павел говорит о смерти, воскресении и явлениях Иисуса — он упоминает прежде всего явление Кифе (Петру), потом явление Иакову и лишь затем — явление ему самому. Об этом Павел пишет: «Так мы проповедуем и в это вы верите». Павел признавал, что по сути и он, и Петр, и Иаков проповедовали одну и ту же вероучительную истину о Христе, в которую должны были верить христиане. Если в нынешнем христианстве можно допустить определенное многообразие, то нужно признать и необходимость единства в принципиальных вопросах. Таким образом, на мой взгляд, противоречия между Петром и Павлом не умаляют важности Петра в тех специфических сферах, о которых я написал.

99. Вы сказали, что Петр не назван епископом в Новом Завете. Но мне всегда казалось, что Петр был первым из епископов Рима.

В конце второго века стали появляться списки епископов самых крупных городов. В списке римских епископов, который приводит Ириней, на первом месте стоит имя Петра. Следует понимать, что это значит. Где-то во втором веке, вероятно, в середине столетия, в Римской церкви оформилась структура руководства, состоявшая из единственного епископа и некоторого количества пресвитеров. В других церквах такая структура либо уже сформировалась, либо находилась в стадии становления. С этого времени пресвитер, признанный в качестве руководителя Римской церкви, особенно в области ее отношений с другими церквами, именовался епископом. До появления единого епископа римские христиане, по-видимому, подчинялись группе пресвитеров, но из этой группы неизбежно выделился общепризнанный лидер, на которого возлагались особые задачи.

Используя более позднюю информацию, можно заключить, что увещевательное письмо, посланное Римской церковью церкви в Коринфе примерно в конце первого века, написал римский пресвитер Климент. В высшей степени маловероятно, что Климента считали единственным епископом в Риме; скорее, с нашей точки зрения он был кем-то вроде исполнительного секретаря церкви. Однако его запомнили как самого выдающегося из пресвитеров того времени, поэтому его имя фигурирует в перечне епископов Рима.

Думаю, то же произошло в 60-х годах, когда в Рим прибыл Петр, первый из Двенадцати. Он сразу стал самой видной фигурой в Римской церкви. Если использовать термины конца II столетия, его рассматривали как епископа Римской церкви, хотя современники Петра вряд ли считали его таковым. Я имею в виду, что в перечнях епископов названы самые выдающиеся деятели в истории каждой отдельной церкви, даже если в то время, когда они жили, еще не было представления о единовластных епископах. Говоря о том, что называть Петра епископом — анахронизм, я вовсе не желаю приуменьшить его значимость или отрицать его пребывание в Риме. Поскольку епископ должен был управлять своей общиной и жить среди ее членов, я бы сказал, что Петр был больше, чем обычный епископ: в качестве первого среди Двенадцати он представлял полноту обновленного Израиля и функцию суда над христианским народом Божьим.

100. Самый важный вопрос: Могли ли новозаветные христиане считать Петра папой?

Здесь я вновь хочу подчеркнуть, что церковная терминология возникла далеко не сразу, что в первом веке она еще не сложилась и что более поздние термины были гораздо точнее тех, к которым привыкли первоначальные христиане. Например, появление термина «папа», под которым подразумевали Римского епископа, было связано с серьезными переменами в истории Римской церкви. Рим был столицей империи, поэтому Римская церковь закономерно стала церковью самого важного города в мире. Именно там приняли мученическую смерть апостолы Петр и Павел. В этом смысле кафедра Римской церкви стала «идеальным» апостольским престолом — у нее были и останки, и духовное наследие двух самых важных апостолов, каких помнили христиане. Во втором веке римские пресвитеры оказывали деятельное сопротивление ересям и защищали христианскую веру, поэтому Римский престол стал символом традиции, сохранявшейся в изначальной чистоте. Все эти факторы способствовали восприятию Римского епископа как папы и признанию ответственности Святого Престола за попечение о разрозненных церквах империи и за сохранение христианской веры.

Сейчас, в XX веке, мы можем задаваться вопросом, считали ли Петра папой, имея в виду мощную традицию, которая стоит за этим понятием. В первую очередь речь идет о заявлении I Ватиканского собора, согласно которому папа обладает юрисдикцией над каждым христианином. Но в первом веке христиане определенно не мыслили такими категориями, как юрисдикция, и не могли знать о характерных особенностях, которые папство приобрело на протяжении многих столетий. Христиане того времени не связывали Петра исключительно с Римом, потому что апостол скорее всего прибыл туда лишь в последние годы жизни. На репутацию Римской церкви еще не повлияли ни мученичество Петра и Павла, ни последующая борьба римских христиан за чистоту веры против ереси.

Если мы хотим задать такой вопрос, на который можно получить ответ, применимый к 60-м годам, следует спросить: «Действительно ли тогдашние христиане приписывали Петру такие функции, которые потом оказали определяющее влияние на развитие функций папства в христианской церкви?» Думаю, что правильный ответ — да. Выше я попытался объяснить, как воспринимали Петра при его жизни и после смерти. На мой взгляд, благодаря всему этому епископ Рима — города, где погиб Петр и засвидетельствовал христианскую истину Павел — был признан преемником Петра в его попечении о вселенской церкви.

В экуменической книге «Петр в Новом Завете», составленнной учеными из разных христианских церквей, мы использовали понятие «петровская траектория» (Petrine trajectory). Мне кажется, это верный образ, который отражает длительное развитие традиции, начавшееся при жизни Петра и продолжавшееся в более поздней церкви. Я рассматриваю папство в русле той традиции, которая начинается с Петром. Примечательно, что в Евангелиях сохранились не только высказывания об авторитете Петра, но и сведения о его недостатках. Христиане помнили, что Иисус упрекал его за непонимание (Мк 8.31–33) и что он отрекался от Иисуса. Это имеет особое значение для нас, католиков, твердо верящих в папу как викария Петра, который осуществляет заботу Христа о церкви. Даже если Петр временами ошибался, то же можно сказать о людях, занимавших папское место: они совершали не только серьезные ошибки, но даже и позорные поступки. Однако все это не отменяет идеи и образы, связанные со служением Петра: укрепление в вере; прочная скала, благодаря которой церковь может противостоять силам зла; пастырь, испытанный требованием Христа полюбить его, которому была доверена забота о пастве Христа.

101. Судя по тому, что вы рассказали, церковь новозаветной эпохи мало чем напоминала сегодняшную церковь.

В каком-то смысле это правда. Конечно, частные дома, в которых собирались ранние христиане, сильно отличались от наших храмов. Христианские собрания и то, что мы теперь называем богослужениями, тоже выглядели совершенно иначе, хотя там звучали и гимны, и молитвы. Как я уже упоминал, существовали крещение и евхаристия. Возможно, в привычном нам объяснении этих таинств соединено множество идей, которые в новозаветную эпоху бытовали по отдельности, то есть ни в одной конкретной общине не было всех этих идей одновременно. У ранних христиан были другие формы церковного руководства, и эти формы постоянно развивались. В некоторых церквах уже появились епископы, но эти епископы заметно отличались от епископов нашего времени, которые возглавляют большие диоцезы. Думаю, можно назвать еще много отличий. В конце концов, церковь состоит из людей, живущих во времени; хотя она происходит от Христа, церковь меняется на протяжении веков в соответствии с нуждами и образом жизни конкретных людей, которые ее составляют. В Евр 13.8 говорится, что «Иисус Христос один и тот же вчера, сегодня и навсегда». Но в Новом Завете не сказано, что церковь всегда одинакова.

Как ни странно, меня больше удивляют не изменения, а преемственность между первоначальной и сегодняшней церковью. Мы верим, что церковь сегодня оживляет тот же Дух, который воскресший Христос передал своим ученикам. Как и первые христиане, мы получаем жизнь от Бога и становимся его детьми благодаря основополагающему таинству крещения. Нашу жизнь, как и жизнь первых христиан, поддерживает то же самое евхаристическое тело и кровь. Возможно, возникли новые способы церковного управления, изменились слова, которыми мы обозначаем духовных пастырей, однако та самая власть представлять в мире царство Бога, которую Христос передал церкви через своих апостолов, действует и по сей день.

Попытаюсь объяснить эту мысль на примере, который мне кажется очень показательным. Самый ранний сохранившийся текст, который написали христиане, — первое послание Павла Фессалоникийцам. Оно было создано около 50 года. Давайте зададим себе такой вопрос: Представим, что мы, христиане двадцатого века, перенеслись в прошлое и пришли на собрание новообращенных христиан Павла в Фессалонике, на котором впервые прочитали это послание. Слушая его, поняли бы мы, что находимся среди христиан, которые верят в то же, во что мы верим? Поймем ли мы, что пришли не в иудейскую синагогу, не на собрание язычников, а в самую настоящую христианскую церковь? Чтобы осознать это, нам не понадобится даже пары минут: в первых же фразах древнейшего текста, написанного христианином, говорится о Боге Отце, о Господе Иисусе Христе и о Святом Духе. Здесь же упоминаются дела веры, труд любви, терпение надежды. Вы спросили о различиях между церковью Нового Завета и сегодняшней церковью. По сути, различий нет: мы исповедуем того же Отца, того же Иисуса Христа, того же Святого Духа, и точно так же больше всего остального ценим веру, надежду и любовь.
.

.
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

smirennyj_otrok: (Default)
smirennyj_otrok

March 2017

S M T W T F S
   123 4
567891011
121314 15161718
19 20212223 24 25
26 27 28293031 

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 10:42 pm
Powered by Dreamwidth Studios