smirennyj_otrok: (жаба)
[personal profile] smirennyj_otrok
Давным-давно я высказывался в этом бложике по поводу могилы Ефрема Сирина. Тогда я опирался в основном на книгу Джуды Сегала «Эдесса — благословенный город». Сейчас можно вернуться к этой теме, чтобы добавить несколько существенных деталей, которые обретаются в литературе и в сети. Речь пойдет не только о могиле Ефрема, но и о позднейшей истории христианских общин Эдессы (Урфы), которая, надо сказать, описана довольно плохо.

Авторы, писавшие об Эдессе, в основном обращались к событиям первого тысячелетия, когда город был столицей небольшого царства Осроена, а потом — оплотом римского владычества на границе с Персией и центром сирийской христианской культуры. Одна из популярных тем — бурная история города в эпоху крестоносного графства Эдесского (1098–1144) и его падения под натиском мусульман. В последнее время появляется все больше работ турецких историков, с которыми я знаком хуже, чем хотелось бы. Но те книги, об отсутствии которых больше всего приходится сожалеть, написаны армянами: Richard G. Hovhannisyan (ed.), Armenian Tigranakert/Diarbekir and Edessa/Urfa (Costa Mesa 2006), и Арам Саакян, «Героическая Урфа и ее армянские сыны» (Դիւցազնական Ուրֆան եւ իր հայորդիները, впервые издана в Бейруте в 1955). Насколько я понимаю, в книгу Саакяна включены важные исторические труды эдесского священника Абрахама Аревяна (Պատմութիւն Եդեսիոյ, 1881).
.
u01_assemani.jpg
Ефрем Сирин. Гравюра из полного собрания его сочинений, изданного Иосифом Симоном Ассемани



ПРЕДЫСТОРИЯ

Историки единодушно полагают, что в первом тысячелетии Эдесса была в основном христианским городом, хотя с 639 года она входила в состав мусульманского халифата. Арабские авторы вслед за аль-Истахри или Ибн Хаукалем писали о 300 городских церквах и монастырях. Конечно, это преувеличение, но по сравнению с единственной (?) мечетью множество христианских храмов бросалось в глаза. Христиане Эдессы делились на этноконфессиональные группы: среди них были мелькиты, сирийцы-яковиты, сирийцы-несториане и армяне. Больше всего в городе было яковитов, но уже в VIII веке существовала крупная армянская община с собственным митрополитом (Segal, p. 208). Армянское население заметно выросло в XI веке, главным образом из-за миграции с севера. Византийцы назначали в город наместников, многие из которых были армянами-халкидонитами. Некоторое время Эдесса находилась под контролем армянских правителей, один из которых, «куропалат» Торос, сын Хетума, пригласил в город крестоносцев (подробнее об этом можно прочитать на русском языке — раз, два). При крестоносцах в Эдессу неоднократно приезжали армянские католикосы из своей горной резиденции Ромкла (Румкале). Есть сведения, что в это время армяне отобрали какие-то монастыри у яковитов (Segal, p. 235).

Владычество франков закончилось в 1144 году, когда город был захвачен сельджуками. Крестоносцы попытались вернуть его с помощью местных христиан, но сельджуки разграбили город и устроили резню. Потеря Эдессы шокировала европейцев, которые организовали Второй крестовый поход (он закончился провалом). Нельзя сказать, чтобы сирийцы и армяне были очень довольны франкским господством, но и для них падение города стало трагедией: будущий армянский католикос Нерсес Шнорали написал об этом длинную элегию. Многие эдесские христиане погибли, бежали из города или были обращены в рабство. Среди жителей стали преобладать мусульмане, но христианская община в Эдессе не исчезла, хотя и значительно уменьшилась. После XII века и до включения города в Османскую империю в 1516 году (с этого времени Эдесса стала именоваться Урфой) сохранились лишь отрывочные свидетельства о христианах. В османской Урфе уже не было ни мелькитов, ни несториан: немногочисленные городские церкви занимали армяне и яковиты. При этом османские яковиты долгое время подлежали ведению армянских духовных властей и только в 1873 году были признаны как особый миллет.
.
u04_niebuhr.jpg
План Урфы, составленный Нибуром (1766 год). Обозначены армянский квартал и соборная церковь (8),
монастырь Сурб Саркис (9)

ЦИФРЫ И ПОГРОМЫ

Европейские путешественники, которые посещали османскую Урфу, пытались определить численность местных христиан. По словам Карстена Нибура (1766), в городе было около 500 армянских домов и 150 домов яковитов; у армян было 2 церкви, у яковитов — одна (Niebuhr, p. 408). Джордж Перси Баджер (1844) упоминает 1800 армянских семей и 18 священников во главе с епископом, 180 яковитских семей и 6 священников со своим епископом. В окрестностях города были армянские села, но яковитских не было (Badger, 1, pp. 321–333). Согласно Эдварду Каттсу, в 1876 году население Урфы составляли 15.400 мусульман, 13.500 христиан (из них 11.600 армян и 1.500 яковитов) и 310 евреев, а также немного армян-католиков и халдеев и около 300 армян-протестантов (Cutts, p. 85). В то же время Керем Октем, опираясь на оценки иностранных путешественников, пишет, что в городе жили около 30 тысяч мусульман и 20 тысяч христиан (Öktem, p. 11). Официальная османская статистика дает совсем другие цифры: согласно переписи, завершенной в 1893 году, во всем санджаке Урфа было более 100 тысяч мусульман, около 10 тысяч армян, 700 протестантов, 500 католиков, более тысячи яковитов и т. д. (всего 126.776 человек). Перепись 1914 года зафиксировала в городе 90 тысяч жителей, среди них — 14 тысяч армян, 1.600 протестантов, более тысячи армян-католиков и 2.328 сирийцев. Тогда же в ценз армянской патриархии были внесены почти 40 тысяч армян, у которых было 6 церквей и монастырей, 20 школ (Kévorkian, p. 275). В том же году местный протестантский пастор Эфраим Джерназян насчитал в Урфе примерно 75 тысяч жителей, среди них — 25 тысяч армян и 5 тысяч сирийцев (Jernazian, pp. 38–39).

Путешественники отмечали заметное благополучие городских христиан по сравнению с их мусульманскими соседями. Одним из первых на это обратил внимание француз Оливье в 1794 году. По его словам, армяне занимались торговлей и процветали, хотя их притесняли турецкие чиновники (Olivier, p. 220). Позднее Баджер отметил, что христианам угрожал мусульманский религиозный фанатизм. Об этом упомянул и Эдуард Захау: армянский епископ воспользовался присутствием немецкого ученого, чтобы звонить в колокола — это разрешалось только в особых случаях (Sachau, p. 193). Вскоре Освальд Парри заметил, что отношения между мусульманскими властями и христианами в городе заметно обострились (Parry, p. 33). Столкновения между турками и армянами, известные как Хамидийская резня, перекинулись на Урфу в декабре 1895 года. Во время погрома от двух до трех тысяч армян укрылись в соборной церкви, где и были убиты. Всего в Урфе, по оценкам европейских наблюдателей, погибло около 10 тысяч человек — больше, чем в каком-либо другом османском городе (Kirakossian, pp. 260–261). Среди убитых был священник Аревян, автор армянской истории Урфы. В турецкой википедии, конечно же, написано, что погибшие армяне были мятежниками, которых подстрекали революционеры, миссионеры и агенты иностранных держав.
.
u03_1896.jpg
Армянский квартал и соборная церковь после погрома. Рисунок Хелен Харрис, 1896 год

Желание османских властей очистить империю от «нетурецкого» населения резко усилилось во время Первой Мировой войны и привело к колоссальной резне. После издания закона о депортации армян в 1915 году Урфа стала перевалочным пунктом по дороге беженцев на юг, в Сирию. Депортация нередко превращалась в марши смерти: турки и курды, военные и гражданские, вволю предавались грабежам, насилию и убийствам. В самом городе в несколько приемов были арестованы все видные деятели армянской общины, среди них — епископ Артавазд Календерян, которого убили во время этапа в Диярбакыр. Восстание армян, вспыхнувшее в сентябре 1915 года, турки подавили с помощью немецких артиллеристов: армянский квартал был разрушен, сожжен и разграблен. Даже после массовых убийств армяне пытались удержаться в Урфе. Церковная статистика 1919 года зафиксировала в городе менее 400 армян, но с возвращением беженцев и депортированных армянское население санджака Урфа достигло 9 тысяч человек (Kévorkian, pp. 748–749). Впрочем, по другим сведениям, уже к 1917 году в город вернулось более 6 тысяч (Lewy, p. 172). Но турецкие власти решительно не хотели видеть даже остатки армянской общины: в начале 1920-х годов почти всем армянам пришлось покинуть город. Считается, что в Урфе осталось не менее 200 армянских семей, исповедующих ислам, хотя об их национальной принадлежности не принято говорить вслух. В 1990-х годах, когда бывший армянский собор переоборудовали в мечеть, местный губернатор якобы получил множество анонимных протестов, но власти успешно их проигнорировали (Öktem, p. 12).

В 1923–1924 годах город покинули сирийцы-яковиты, хотя они меньше пострадали от погромов и резни, чем армяне. Все они уехали в Алеппо, где поселились обособленно от своих сородичей и единоверцев (Emma Loosley, ‘After the Ottomans: The Renewal of the Syrian Orthodox Church’, pp. 237, 239).

ЦЕРКВИ И ШКОЛЫ

В Урфе сохранились христианские культовые здания, хотя они уже давно не действуют. Здания церквей относятся к очень позднему времени (в основном это XIX век), археологические раскопки в них не проводились. Поэтому трудно сказать, соответствуют ли эти церкви каким-то из многочисленных христианских храмов, которые существовали в первом тысячелетии. Многие ученые, прежде всего Баумштарк и Кирстен, пытались локализовать христианские храмы Эдессы, известные по древним и средневековым упоминаниям, и связать их с церквами османского времени (на их гипотезах основаны планы города, которые можно найти в книге Сегала и в статье Гвидетти). Еще стоит иметь в виду, что турецкие власти в XX веке всячески пытались стереть память об армянах, сирийцах и других национальных и религиозных меньшинствах. Они заменяли нетурецкие топонимы (среди них были и арабские, и курдские), уничтожали христианские кладбища, переоборудовали церкви под мечети. Официальное современное название города — Шанлыурфа, «прославленная Урфа» — должно увековечить героизм горожан, которые весной 1920 года перебили французский оккупационный отряд. Хотя ситуация постепенно меняется к лучшему, турецкий официоз по-прежнему старается замалчивать неудобные вопросы, связанные со становлением своего государства.
.
u02_1904.jpg
Ученицы католической школы в Урфе, 1904 год (источник)

Все европейские наблюдатели утверждали, что в османскую эпоху большинство христиан Урфы были армянами (например, Sachau, p. 209). Армянский квартал занимал юго-западную часть города, где стояла большая соборная церковь — один из двух храмов, находившихся на попечении армянской общины и получавших вакфы (Durma, p. 117, об армянских вакфах в старой Урфе подробнее говорится в статье Ясина Таша). При церквах действовали школы и благотворительные учреждения. Каттс укоризненно писал, что среди армян было мало грамотных людей, хотя в городе было шесть школ (Cutts, p. 83). Петрос Тер-Петросян подтверждает, что с грамотностью дело обстояло довольно плохо: по его словам, у армян было всего две школы. Только после резни 1895 года армяне-григориане и протестанты под руководством евангелического миссионера Коринны Шэттак организовали семь или восемь школ, в том числе для армянских сирот (Der Bedrossian, pp. 24–25, 32, 34). Неясно, включает ли Тер-Петросян в это число армянскую католическую школу, которая действовала до погрома. После 1895 года к ней добавились еще две школы, открытые католическими миссионерами (Piolet, pp. 281–283, и отчет о. Бонавентуры Фаделя). Так или иначе, в начале XX века свои школы были у армян-григориан, католиков и протестантов. Фадель пишет, что в католических школах преподавали «религию, историю, географию, арифметику, каллиграфию, музыку и пять языков: французский, арабский, турецкий, армянский и сирийский». Другой миссионер в 1910 году отмечал: «Среди примерно 500 учеников почти в равной пропорции есть латинские католики, католики-сирийцы, халдеи, армяне [католики], григориане, яковиты, мусульмане и евреи» (там же).

Религиозным центром армянской общины была соборная церковь Богородицы (Сурб Аствацацин), известная туркам как «Большая церковь» (Büyük Kilise/Kebir Kenîsa). Есть мнение, что армянский собор находился на месте церкви святых Иоанна и Аддая — одного из самых важных христианских храмов Эдессы, который основал епископ Нонн в V веке (Эдесская хроника 68, Chron. 1234, 1, p. 142). Мартирий мар Иоанна Крестителя и мар Аддая апостола упоминается в хронике Иешу Стилита под 496/497 годом (Пигулевская, с. 138). В 1084 году очередные мусульманские захватчики превратили его в мечеть (ibid., 2, p. 35). Крестоносцы роскошно отстроили церковь и разместили в ней кафедру латинского архиепископа. Среди прочего там хранился серебряный реликварий с мощами апостола Аддая и царя Абгара (Chron. 1234, 2, p. 100). В латинском описании Эдессы середины XII века этот храм назван церковью Девы Марии, апостола Фаддея и мученика Георгия. Отдельно упоминается монастырь святых Фаддея, Иоанна Крестителя и Георгия, который, очевидно, находился при соборе (Röhricht, pp. 295–299). Сельджуки, захватившие город в 1144 году, ограбили все латинские церкви и забрали здания себе. Позднее бывший латинский собор сгорел (Greg., Chron. eccl., 2, p. 596). Дальнейшая его судьба неизвестна, но не исключено, что в итоге здание перешло к армянской общине. Согласно надписи XVII века, церковь якобы построил царь Абгар (Аревян, «История Эдессы», с. 113, 130, источник), а Уоллис Бадж передает легенду об основании храма при апостоле Фаддее, то есть Аддае (Budge, 1, p. 406). Жану-Батисту Тавернье, посетившему Урфу в 1644 году, показали якобы тот самый храм, при котором 17 лет жил святой Алексий. Церковь стояла «посреди кладбища, на самом высоком месте города, и владеют ею армяне» (Tavernier, 1, p. 166). В надписи, которую привел Аревян, говорилось о восстановлении храма в 1670-х годах. Ричард Покок (1738) отметил, что у армянских христиан были две церкви — «одна, большая, внутри города, другая — на некотором расстоянии от него» (Pococke, pp. 160–161). Карстен Нибур (1766) упоминает «большую великолепную церковь», которая, однако, была наполовину разрушена. В исправной части храма внимание путешественника привлекли роскошные персидские ковры (Niebuhr, 2, p. 408).
.
u_rohrbach.jpg
Армянская соборная церковь в Урфе. Фото П. Рорбаха

Существующий храм относится к середине XIX века. Армянские авторы утверждают, что работы начались со строительства епископской резиденции и школы (1841). Со специального разрешения султана Абдул-Меджида епископ Арутюн Гаппенджян (Գապպէնճեան) возвел новое здание храма (1845–1850) (ср. Harris & Harris, p. 76; о постройке новой церкви упоминал Баджер в 1844 году; Cutts, p. 83, и Sinclair, p. 24, датируют строительство 1846 годом). Как писал в 1860-х годах Тинко Ликлама, «в Урфе множество мечетей и несколько церквей ... Самая красивая церковь, единственная достойная этого наименования, принадлежит армянам-схизматикам; она весьма просторна и изрядно украшена» (Lycklama, 4, p. 244). Считалось, что на месте храма похоронен святой Аддай (Harris & Harris, p. 76). Внимание привлекал резной алтарь с образом Девы Марии, который, как записал Парри, якобы нарисовал апостол Фаддей. Путешественнику показали также напечатанное на ткани изображение Иисуса, которое выдавали за легендарный нерукотворный образ (Parry, p. 33–34). Видимо, все эти достопримечательности погибли 29 декабря 1895 года, когда собор был сожжен вместе с укрывшимися там армянами. Церковь была отремонтирована и заново освящена (1897), но снова подверглась погрому во время армянского восстания и резни 1915 года. Она еще действовала после окончания мировой войны и была окончательно закрыта в начале 1920-х годов, когда армяне-христиане покинули город (история соборной церкви до 1895 года описана Аревяном в «Истории Эдессы», о последующих событиях говорится в упоминавшейся книге Саакяна. Турецкие авторы обычно ссылаются на работы Джихата Кюркчуоглу: Cihat Kürkçüoğlu, İnançlar Diyarı Şanlıurfa, Ankara 2000, и Şanlıurfa Mimari Eserlerine Genel Bir Bakış, в сборнике Şanlıurfa: Uygarlığın Doğduğu Şehir, Ankara 2002). Долгое время в здании бывшей церкви были электростанция и склад, а в 1990-х годах его приспособили под мечеть Саладина (Selahaddin Eyyubi Cami). Можно только догадываться, случайно ли новую мечеть назвали в честь легендарного победителя христиан.

Армянская церковь Апостолов (Сурб Аракелоц), принадлежавшая общине евангелистов, была построена в 1880 году (эту дату называют Джерназян и турецкие авторы). Ее название совпадает с названием храма, известного по хроникам XI–XII веков, но нет ни малейшей уверенности, что протестантская церковь каким-то образом связана со средневековым храмом. После изгнания армян церковь служила тюрьмой и в 1956 году была превращена в Fırfırlı Cami — «разукрашенную мечеть».

Католическую миссию основали монахи-капуцины, которые прибыли в Урфу примерно в 1850 году. При резиденции миссионеров были небольшая церковь, монастырь францисканок и школа, которые не пострадали во время погрома 1895 года (Piolet, 1, pp. 281–283). Перед мировой войной там служил ливанский капуцин Леонард Мельки, погибший в 1915 году в Мардине. Собственные священники (и, видимо, церкви) были у армян-католиков и у сирийцев-католиков. Интересное описание событий 1915 года оставил Бонавентура Фадель. По его словам, еще до начала репрессий в город приехали миссионеры и монахини, которых турки заранее выгнали из Диярбакыра. Османские власти долго остерегались трогать иностранцев, ставших свидетелями расправы с местными христианами: «В эти страшные дни», писал Фадель, «мы оставались в монастыре под защитой божественного провидения». Лишь в начале 1917 года миссионеров взяли под арест и вывезли в Адану, где их насильно обрили и приговорили к 10 годам каторги за то, что они прятали священника-армянина, а одного капуцина — к смертной казни за обладание револьвером. Впрочем, через год их помиловали и позволили вернуться в Урфу, где некоторые миссионеры оставались еще в 1919 году (отчет Фаделя).

Сирийцы-яковиты, заметно уступавшие армянам по численности, жили в восточной части города. По словам Баджера, почти никто в Урфе не знал сирийский язык, и даже яковиты писали по-турецки, хотя и сирийским письмом. Но Каттс утверждал, что в яковитской школе преподавание велось по-сирийски (Cutts, p. 84–85). Сирийскому языку учили и в католических школах. Фадель записал, что в резне 1915 года погибло сравнительно немного сирийцев — около 30 человек. Старший яковитский священник Иоанн едва избежал гибели, а многим сирийцам пришлось спасаться бегством. Кроме яковитов, в городе жили сирийцы-католики и сирийцы-протестанты: у них были свои священники и какие-то церкви, о которых я не нашел точных сведений.

Основная яковитская церковь апостолов Петра и Павла (Reji Kilise) была построена в 1861 году на месте более раннего храма. Возможно, это «большой храм двенадцати святых апостолов», который, если верить средневековым хронистам, находился на востоке города (Chron. 1234, 1, p. 141, ср. Пигулевская, с. 146). Церковь действовала до выселения сирийцев в Алеппо, потом служила табачной фабрикой. В итоге там разместился культурный центр имени какого-то турецкого чиновника (Vali Kemalettin Gazezoğlu Kültür Merkezi). Между прочим, в этой церкви сиро-католический епископ Ефрем Рахмани нашел единственную полную рукопись хроники Михаила Сирийца. Он решил опубликовать хронику, но денег на это у него не было. Во время визита во Францию Рахмани имел неосторожность рассказать об этом известному ученому аббату Шабо, который не испытывал финансовых затруднений. Шабо сразу же отправился в Урфу, заказал за большие деньги копию рукописи и издал ее в четырех томах. Он не только не упомянул, что хронику нашел Рахмани, но и обвинил прелата в нежелании отвечать на письма. Неудивительно, что Рахмани сильно разозлился (ROC 10 (1905), pp. 435–438).

Вторая яковитская церковь святого Георгия стояла к востоку от бывшей городской стены. Ее можно уверенно отождествить с храмом св. Сергия, который епископ Ива построил у восточных ворот Эдессы (Пигулевская, с. 155, 157; Chron. 1234, 1, p. 142; Segal, p. 194, 221). Видимо, этот же храм упомянут в хронике Иешу Стилита как церковь мар Саргиса и мар Шемона (Пигулевская, с. 140). При османах церковь именовалась в честь мученика Георгия, как говорится в сирийской надписи о визите яковитского патриарха в 1557/58 году. Другая надпись посвящена перестройке церкви в 1844/45 году, при епископе Аврааме (J. B. Segal, ‘The Church of Saint George at Urfa (Edessa)’ BSOAS 36 (1973), pp. 606–609; о перестройке упоминал Баджер, а в 1892 при церкви ночевал Парри — Parry, pp. 29–30). После исхода сирийцев церковь была закрыта и в 1965 году превращена в мечеть пророка Георгия (Circis Peygamber Cami). Мечеть то ли целиком построена заново, как пишет Сегал, то ли слегка перестроена из церкви, как утверждают турки (например, Yılmaz & Eroğlu, p. 7–8).

Осталось написать о последнем культовом сооружении Урфы — армянском монастыре св. Сергия (Сурб Саркис), стоявшем на холме к западу от городской стены. Именно там, как считалось, был похоронен Ефрем Сирин.

Продолжение.
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

smirennyj_otrok: (Default)
smirennyj_otrok

March 2017

S M T W T F S
   123 4
567891011
121314 15161718
19 20212223 24 25
26 27 28293031 

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 10:42 pm
Powered by Dreamwidth Studios